Проклятие Всех Путей

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Проклятие Всех Путей » Воспитательный лагерь » Желтый лист осенний на земле лежит


Желтый лист осенний на земле лежит

Сообщений 1 страница 20 из 20

1

Краткое описание: Мен Яо и Не Хуайсан пытаются найти общий язык, ведь опасностей много, а яблоко раздора далеко.
Место: Воспитательный лагерь
Время: конец сентября, Яо только-только покинул тот самый дворец
Участники: Мен Яо и Не Хуайсан
Доступ: по договоренности

Отредактировано Мэн Яо (2020-03-21 12:58:48)

0

2

В день, когда Яо вернулся в лагерь светило холодное, осеннее солнце. Сентябрь - месяц в который он обычно подводил итоги и жалел о скорой зиме. Лица заклинателей во круг него были усталыми, словно все здесь лишало сил и отдаляло детство. Многие не смотрели ему в глаза понимая, что могло случиться в залах дворца. Было холодно, скорая зима намекала, что весна может стать недостижимым мороком.
У меня похмелье от себя, думаешь «вот, я несу ему свою любовь». Шепчешь солнечным лучам: «я его никогда не предам». По пятам идёшь за его братом: «сохраню самое дорогое».
Ну и что же в итоге? Итоги весьма не утешительны.

Не так уж много времени Яо провел грязи Воспитательного лагеря. Он конечно был прочнее чем большинство избалованных роскошью молодых заклинателей. Ведь молодому господину Мен было не привыкать к мозолям, грязи и плохой еде. Бастард обладал навыком выживать, и этот навык был отточен не хуже, чем умение фехтовать у Ни Минцзуе. Однако сын Мен Ши был Цинем по крови и тянулся к роскоши. Хорошее вино, горячая вода, волосы Яо все ещё хранили запах трав. Созерцать золото и лазурь, проводить тонкими пальцами по дорогим тканям. Никогда не голодать, не носить дешевые тряпки, натирать мозоли только струнами и клинком.
Роскошь в которой жил Вень Жохань поражала, не шла совершенно не в какое сравнение с маленьким Цинхе Не. Это был блистательный пример того о том как мог бы выглядеть идеальный мир, только пару дней назад мальчик из борделя даже не мог вообразить ничего подобного.
Не Минцзуе со своими замашками рыцаря на секунду стал казаться кем-то несущественным. Словно предел мечтаний перестал быть горизонтом. Небожитель был всего лишь обычным человеком в то время как истинное небо оказалось здесь.
Так что же ты делаешь здесь? Помогаешь своей маленькой княжне или ищешь золотой ключик от зернохранилища? Будь же хотя бы один раз верен чему-то кроме своих амбиций. Подумай как здесь Не Хуайсану, ты же не слишком хорошо помогал вообще-то занимаясь состраданием к себе.
Стоит сказать, что и правда Яо сопровождал Не Хуайсана очень номинально, не подставлял ногу, но и руки не подавал. Тень Не Минцзуе неизменно стояла между ними. Сочувствие к другим людям Яо испытывать не умел.
С интересом прислушиваясь к тому, что говорят за его спиной: «сыну шлюхи, было не сложно ублажать Жоханя-то, а?». Яо заметил, что молодой господин Не куда-то пропал и не вьется нежным мотыльком во круг Цзянь Чена. Кольнуло где-то в районе сердца и заклинатель спешно пошел проверять шатер Не Хуайсана.

Отредактировано Мэн Яо (2020-04-19 13:20:03)

+2

3

О возвращении Мэн Яо не возвестили слуги с барабанами, не было праздничной иллюминации, о нет. Был самый обычный день, такой же постылый и холодный, как и прочие дни в лагере, под навесом, лицом навстречу всем ветрам в этой проклятой богами долине. Все они, домашние мальчики, наследники, любимые сыновья и братья, не были готовы к тому, каково влияние лагерной жизни на молодой растущий организм. Дело первое: измотать, истощить; с этим делом блестяще справлялись все созданные молодым господином Вэнь условия. Скудная пища, холод, усталость, бессмысленная работа, и снова холод, ночная стужа, невыносимая для середины осени, и снова скудная пища, непривычное для большинства состояние голода, постоянного зуда под ложечкой. Ночью, когда они спали, их животы разговаривали за них. Хуайсану не каждую ночь удавалось заснуть. Иногда старший брат наказывал его, грозил посадить на одну только воду, но гнева Минцзюэ-гэ хватало ненадолго, он сменялся милостью, иногда даже подогретой чувством вины, и вместо воды Хуайсану доставались разнообразнейшие яства из числа его любимых. Сейчас помощи ждать было неоткуда - разве что старший господин Вэнь, как мог, скрашивал дни впроголодь, да Куайтуй-сюн приносил кого-нибудь с охоты.

Дело второе: лишить покоя. Много ли нужно голодному, не выспавшемуся, замерзшему человеку? Достаточно орать на него, требовать непонятных вещей, запугивать. Одного только обещания нанести увечья достаточно. Но обещаниями господа Вэнь не ограничивались. Все это, как вода до горла, доходило до невыносимой степени, и рано или поздно, погрузившись по самую голову, приходилось сделать то, от чего предостерегают все - глотнуть воды вместо воздуха.

Хуайсан, кажется, наглотался лагерной воды. Он огорчился, когда Мэн Яо покинул их, и даже слишком огорчился - не думал, что заклятый временный союзник окажется так важен для него. Все же привет из дома, все же знакомое лицо, если не раздумывать, какие картины отпечатались черным и красным где-то на обратной стороне зрачка. Пусть не друг, но все же что-то близкое, напоминающее о времени, которое в лагере начало казаться сном. Не стало его - стало еще меньше уверенности в том, что была Нечистая Юдоль, и был там садик, и птицы, и коллекция вееров, и брат, который его так любил.

Его - кого из двух, интересно?..

Именно из-за этой серой, мутной воды Хуайсан стал все реже вспоминать Мэн Яо в период его отсутствия. Именно из-за нее даже не нашел сил по-настоящему удивиться возвращению блудного помощника. Будто бы ничего в этом не было странного: ушел, вернулся.

- Надо же, - сказал Хуайсан, садясь (под навесом он нарушал лагерную дисциплину, устроившись полежать немного посреди дня, - ты все же здесь. Я и не ждал, Яо-сюн.

Наклонив голову, он изучил собеседника, чуть-чуть кивая своим мыслям. Дорогая новая одежда. Чистые волосы, убранные не в одну из лагерных простых и некрасивых причесок, лишь бы не замарать. От него даже пахло чем-то, похожим на амбру, тяжелым запахом благовоний, ложащимся на чистоту кожи. Хуайсан подумалось, что именно так пахнет власть - чистотой и благовониями. Запахом праздного человека. имеющего право на мытье в бочке.

- Нет, вру, ждал, конечно, нельзя же поверить, чтобы с тобой, из всех людей, что-то случилось. И что? Каков Безночный город?

+3

4

Быстро теряется разница между наследником благородного дома и босяком, когда наследник благородного дома не умыт, растрепан и не причесан. Грязь равняет людей в то время как золото делает разными.  Мен Яо получал не малое удовольствие наблюдая как быстро опускаются заклинатели в лагере. Ему нравилась эта зыбкость человеческой жизни, ещё пару недель назад любимый брат, сын, шелковые одежды, прекрасная еда, томный секс перед отъездом, а здесь холод, голод и никаких старших рядом. Как выживать совершенно не понятно.
Издеваться над этой горсткой жалких идиотов было не хорошо, поэтому Яо старался всем помогать и делал страдальческое выражение лица, боялся конечно смерти, но пока ещё заложников не убивали. Они стояли по горло в болоте и любое не осторожное движение могло привести к тому, что все потонут. Поэтому вся его ирония была спрятана где-то глубоко внутри.
Мен Яо ненавидел, когда его били, ну, только если это не было частью игры в получении обоюдного оргазма. Он старательно избегал острых углов и ситуаций и морщась был готов защищать Не Хуйсана, ведь он дал обещание тому, кого ценил больше всего на свете. Дал обещание и стоя под дверью слушал признания в любви, стоны и влажные шлепки.
Хуйсан талантливо отлынивал от работы под навесом, тонкие запястья, изящные лодыжки, милая припухлость ушла от голода и обнажила острые скулы.
Как же мы с ним на самом деле похожи, интересно являюсь ли хоть чем-то кроме как заменой?
- Этот слуга рад видеть, что маленькая княжна в добром здравии, он волновался за тебя. – Яо кланяется, видя усталость Не Хуайсана, пора постирать его одежду и переплести косы – Принес не много вина из Безночного города и еды со стола Верховного заклинателя. Думаю, что тут этих адептов точно заметят, но, если мы пересядем вон туда – Яо указал носом на пространство между шатрами – нас точно потеряют и мы славно отдохнем за беседой.

Отредактировано Мэн Яо (2020-04-19 13:22:29)

+2

5

Мэн Яо всегда умел удивлять. Это было даже не достоинством маленькой золотой гадюки - нет, скорее безусловным умением, такой же неотрывной частью, как припев у песни или крылья у птицы. Хуайсан вытаращил глаза и захохотал без всяких приличий, не закрывая даже рта рукавом, но запала надолго не хватило.

- Клянусь всеми богами, - он провел пальцами по совершенно сухим глазам, демонстрируя, как сильно его развеселил союзник и недруг, - вино из Цишаня и яства со стола Верховного заклинателя. Это выезд на охоту, Яо-сюн? Не хватает только шелка постелить на землю и устроить погоду получше, не отказался бы от июльского полдня, например.

Теперь ему почудился запах чего-то вкусного, жирного и жареного или сладкого, и в животе немедленно заурчало.

- Ты очень предупредителен, - только и добавил Хуайсан, уже не играя голосом. Никогда еще предупредительность Мэн Яо не казалась ему столь привлекательной чертой. - Благодарю тебя. И в самом деле, давай отойдем.

Когда они устроились между палатками, как птенцы овсянки в пышном кусте в ожидании матери (далековато их занесло от родного гнезда), Хуайсан положил ладонь на согнутую в локте руку Мэн Яо, который даже тут находил необходимым садиться совершенно по этикету и складывать одежду аккуратно:

- Я настолько в порядке, насколько это возможно, но с тобой-то что? Зачем тебя вызвали? Что с тобой делали? И где еда?

+3

6

Мэн Яо незаметно вздохнул, пока Хуайсан смеялся. Иногда младший брат с его вечной истеричностью, был ещё больше загадкой чем Минцзуе-сюн, который просто не умел разговаривать. Мой любимый орден Не, загадочный и не понятный.
- Воистину, моя княжна - молодой заклинатель сделал неопределенный жест рукой - это была величайшая охота, ваш слуга долго искал где-же принимает пищу сам Вень Жохань, а найдя спрятался под столом и ждал когда закончится Веньский пир. Вени пировали долго, пили вино и превозносили своего повелителя. Как только пир кончился, вылез он из под стола и начал свою охоту на яства и вино. Пытались Вени ловить, пыталась охрана удерживать, но все преодолел ваш верный слуга.
Яо посмотрел как поменялось лицо Не Хуайсана когда тот принюхался, конечно же тяга к удовольствиям у них была примерно одинаковой. Меня Яо унаследовал её от отца, а от кого унаследовала "молодая госпожа" был не ясно. Поэтому еда и вино были идеальным шажком в начале их новых отношений. Впрочем мальчишку просто много баловали, даже сам Яо не мог порой себе в этом отказать. Это была особенная магия молодого господина Не. Когда они сели, Мэн Яо поправил нижний край одеяния и склонив голову улыбнулся вечному своему "сопернику".
- Молодой господин, мы начнем с того, что интересует вас больше всего, а именно с еды - с невозмутимостью достойной королей Яо достал из рукава сверток ткани - Здесь четыре баоцзы, мне сказали, что с мясом, я хотел взять две, но прислуга слишком близко к сердцу приняла мой несчастный вид. - было не понятно каким образом заклинатель умудрился спрятать такой увесистый сверток в рукаве, вдруг из того же рукава появилась увесистая фляга со сливовым вином. С поклоном все находки Меня Яо протянул Не Хуайсану.

Отредактировано Мэн Яо (2020-04-01 13:37:52)

+1

7

Да, сытый голодного не разумеет, в этой грубоватой просторечной фразе кроется с избытком истины. Мэн Яо имел возможность играть, получил сразу все трофеи наблюдателя; сытость давала ему фору. Хуайсан даже не успел устыдиться тому, как очевидно было его желание. Баоцзы слишком аппетитно пахли для стыда. Он быстро принял один, почти выхватил, и с наслаждением вгрызся в него, едва ли различая тонкого и пряного вкуса начинки.

- Бовефтвенно, - сказал он, еще не дожевав, и принял флягу с вином. Большого глотка хватило для того, чтобы в голове стало гулко, как в пустой комнате. - Оставь две булочки для Куайтуя, прошу тебя. Спрячь. И выпей со мной, хорошо?

Кто бы поверил еще недавно, что ему будет хотеться разделить с Мэн Яо хоть что-нибудь? Они и так делили слишком многое.

- И все же, все же что-то ты видел и из-под стола, верно? Ты можешь сказать мне, с какой целью тебя вызвали? Из-за твоего отца? Или?..

Это Хуайсан предположил еще давно. Цзинь Гуаншань - возможная  цель, мало ли, как именно удастся его запугать или унизить, используя его незаконного сына, ведь, при всем беспределе обращения с неугодными орденами, законные отпрыски угодных, в том числе ордена Ланьлин Цзинь, были на особом положении. Цзинь Цзысюань был не той куколкой, которую можно сломать пополам в маленьком кукольном театре. Мэн Яо же... Хуайсан бросил взгляд на изящную шею, обрамленную черно-золотой каймой ворота. Слишком целая для устрашения, слишком белая. Может быть, наоборот, его не запугивали и не породи показательно, а пытались склонить на службу?

Тогда в опасности уже не Цзинь Гуаншань.

Но на такое Мэн Яо не пойдет. Невозможно так сделать, когда сверка баланса (Хуайсан скрипнул зубами, дожевывая баоцзы) столь многое значит.

- Расскажи, прошу. Я в самом деле за тебя волновался.

+1

8

- Ваш слуга принёс трофеи к ногам княжны, если скажешь, чтобы они были отданы, так и будет.
Хуайсан умел удивлять, вместо того, чтобы как ожидалось стащить все принесенные дары и сыто икать, он вспомнил о своих людях. Не ужели его синдром «собака на сене» стал чуть-чуть меньше? Так глядишь и научится разделять своего старшего брата с толпой желающих.
Через секунду не было и следа от пиршества, а Яо все так же сидел на против Не Хуайсана с неизменной улыбкой. Золотые глаза смотрели куда-то через плечо молодого господина. В итоге заклинатель взял из рук собеседника вино и запрокинув голову сделал несколько больших глотков.
- Не люблю пить днем, к вечеру уставший, а работником становишься плохим…. А хорошее кстати вино я принес, не часто такое достанешь… - закончив фразу немедленно выпил ещё.
Чувство ленивого безразличия лучше всего описывало то, что он испытывал к окружающим людям. Его окружала серая масса, которая состояла из ступеней, столов, стульев и мечей. Яркими вспышками выделялось буквально несколько фигур: мать - как единственный пример идеальной любви, дорогая подруга Чин, Минцзуе с чувствами к которому было очень непросто... наверное, все? С Сюэ Яном и Лань Сиченем они не были ещё на столько близки...
Глядя на жадно уплетающего баоцзы наследника клана Не, бастард ощущал хрупкое ощущение родства. Словно это испытание могло выстроить мост между тем кто рос в достатке и тем, кто рос в нищете. Короткий укол превосходства сытого над голодным был неприлично стыдным и очень приятным. Словно очередной изящный и бессмысленный ход в игре где все идёт косо и криво, а правила никому не известны. За их спиной была точка которая объединяла две не похожие истории, это можно было бы назвать общим домом.
Если бы была уверенность в том, что для такого человека как Мэн Яо вообще возможен дом.
Являются ли объятия домом или обязательно нужны стены?
Молодой господин Не много выспрашивал про его путешествие к Вень Жоханю, а Яо с интересом думал о том, что первично в этих вопросах. Страх предательства от молодой разлучницы? Ностальгия по дому или тень дружбы? Не уже ли после всего того, что было искреннее волнение?
Вино легко кружило голову и стоило перестать медлить со следующим шагом.
- Знаешь, редко говорю на столько прозрачно, но мне страшно хочется напиться. Так, чтобы не было страшно за завтрашний день, чтобы не думать, как я себя поведу если с тобой что-то случится. Ведь я обещал твоему брату, что буду хранить твою жизнь и вообще вроде должен тут за вами приглядывать, а могу сделать не так уж много – фыркнул Яо и вновь отпил вина, из-за пояса неожиданно достал гребень и показал Хуайсану.
- Твоя прическа сильно растрепалась, я поправлю её, если позволишь? Хороший гребень, цветом подходит к твоему любимому вееру.
Кстати, если уж и начинать мечтать о службе Веням, то начинать действительно стоило здесь. Впрочем, дебит и кредит пока не думали сходится, а значит и решение было принимать рано.
Так какой же из ответов на вопрос выбрать первым? Алкоголь плохой советчик и он легко поднимает из глубин души и сердца, то с чем не хочешь встречаться и видится. Как я отношусь к тебе Не Хуайсан: как к младшему брату? Сопернику?
Как к человеку, который очень сильное кое-кому дорог. Дороже чем я.

- Про все прочее, поверь я не увиливаю, просто думаю, что тебе ответить. Начну с простого, я люблю твоего брата и надеюсь снова начать заниматься с ним бухгалтерией – момент несдержанности и на секунду на губах заклинателя появилась самая счастливая из его улыбок – здесь, можешь не волноваться, такие вещи на столько не имеют цены, что перекупить их невозможно. Моему отцу плевать на меня, здесь все тоже весьма очевидно. В остальном я все время вспоминаю о том, что по словам стариков и детей с края света не возвращаются, что-то там такое происходит с людьми, что все меняется мгновенно. Так и я не могу сказать, что вернулся.

Отредактировано Мэн Яо (2020-04-17 12:05:17)

+2

9

- Я помню такую сказку, Мэн-сюн, откуда-то из детства, верно, и тебе ее читала мать. В ней, кажется, были молодая красивая мачеха, падчерица самого сомнительного положения в доме и отравленный гребешок. Но то, что ты сейчас делаешь, очень приятно. Делаешь, не говоришь.

Хуайсан закрыл глаза для того, чтобы от всего мира остался только голос Мэн Яо, вкрадчивый, напевный, похожий на ленивые волны на поверхности озера. На таких укачает в лодочке до того, что закружится голова.

- Если меня не станет, ты поведешь себя безукоризненно и осторожно. Ровно так же, как поведешь себя, если я все же останусь в живых. В одной древней и легкомысленной книге было написано, что трактовать всякую сказку надобно так, будто бы ее рассказчика задрал медведь. Попробуй так трактовать занятия бухгалтерией. Надо полагать… ай! Осторожнее с волосами, Мэн-сюн, погибать лучше в сиянии красоты, лысина – показатель блистательности и зрелости, нам она пока не по чину.

Что-то холодное упало на щеку, кольнуло. Хуайсан открыл глаза. Пошел снег; редкие, робкие белые мухи осторожно садились на черную, серую, коричневую от грязи землю, на полу ханьфу Мэн Яо, вытянувшуюся чуть вперед и выгибающуюся, точно любопытная змея. Ветер подхватывал снежинки, нес их вперед, бросал на шатры Вэней – нате, получайте.

- Конец света? То место, где на карте девственная чистота, и ты можешь заполнить ее сам? А говорят, конца света нет, и мы все находимся внутри яйца, закрытые в скорлупе, как цыпленок, и задача мужа на пути самосовершенствования – расколоть скорлупу мира. Возвращаясь к вопросам любви…

Хуайсан повернул голову, но лица Яо так и не было видно. Были лишь косвенные признаки его присутствия: дыхание, чуть участившееся от вина, ощущение телесного тепла там, где ладонь проходила неподалеку от кожи, запах чего-то сладкого, тревожный, звериный, хитрый запах. «Лисий», - подумал Хуайсан, и все встало на место. Так и вправду, будто бы, пахло от хули-цзин. Что все они знали о почтенной родительнице господина Мэн? Что красавица прятала под юбками, не потому ли Цзинь Гуаншань очаровался до того, чтобы закрыть глаза на не самое высокое происхождение? Может быть, с тех пор он и ищет того же рыжего, смешливого, жадного в девицах по дорогим домам и дешевым забегаловкам?

- Конечно же, каждый из нашего ордена любит главу. Но ты хотел сказать не это, верно? Брат бы сказал, что о таком не говорят, только делают. Надеяться – хорошая привычка. Зачем ты делишься этим со мной? Надеешься на мое благословение? Его не будет никогда. Я не приму твоих прав, не приму твоего положения. Сколько бы добра ты не сделал моему брату, сколько бы заботы не проявил ко мне, как бы я не уважал твои качества. Ты можешь рассчитывать на понимание и покровительство, на деньги, на признание, только не на это, не на то, что я отойду и пущу тебя. Это наша история. Наша с ним. С самого детства никого не было ближе, и никто не будет ближе, ни мужчина, ни женщина. Кровь не водица, ты должен это понимать лучше других.

+1

10

Шелковые волосы скользили в пальцах, раз-два-три и того восемь колтунов расчесано, губы чуть тронула улыбка, когда причесываемый вздрогнул и пожаловался. Многие женщины сказали, что проще обрезать чем расчесать то, что Яо получил в свои руки, конечно прядь волос неловко дернулась. Четыре, пять, шесть – и три тонкие косы, словно изящные змеи соединяются в корону, пять, шесть и шпилька наносит удар по бардаку. Превращать беспорядок в порядок, а запутанное в упорядоченное всегда доставляло наслаждение Мэн Яо.
Как без сомнения все окна имели птичий окаем, так они с А-Саном любили сказки не меньше чем словесные игры. Возможно именно из этой детской и наивной страсти к красивым историям и рождалось умение запутывать слова и людей. Слушать не много охрипший голос молодой госпожи и оставаться в тени было истинным наслаждением: метафорическая сказка, обязательный и наполненный моралью совет (о, невозможно быть Не, если ты не советуешь), ну и горечь обиды в финале.
Пару раз заклинатель с гордостью покачал головой, продолжая находиться в темноте, отчего-то, когда молодой господин показывал ряд красивых, молочных зубов, Яо начинал испытывать почти родительскую гордость.
Погода начинала портится словно подтверждая, что все разговоры про Не Минцзуе были прокляты до их начала. Серая туча, что сопровождала Мэн Яо на протяжении всех его поисков разразилась снегом. Отчего-то стало теплее и в воздухе отчетливо запахло морозом и водой. Вот она разница между сыном севера и сыном юга, от холодов хотелось скрыться, накинуть на себя девять тысяч шкур и не выходить пока не закончится это злое и не понятное время. Время не для людей.
О, как же ты брильянтово избалован, если всего лишь первый снег кажется тебе отголоском апокалипсиса. Мне было бы страшно представить, как ты выживаешь здесь, если бы я не знал на сколько ты легко приспособляешься. Как же порой слушая твои нападки мне сложно не смеяться.
- Мне кажется, что сегодня ваш слуга превзошел себя – из бархатной, снежной полутьмы Яо выскользнул словно опытный уличный актер и присел на колени, рассматривая результат своей работы, словно не было ничего важней и интересней – Перед сном, снимите шпильку, чтобы не мешало спать, а с утра я вскипячу воду и мы все вернем в привычное русло.
- Сказку которую вы мне рассказали, я не знаю. Возможно в Юн Пине и Цинхе Не на ночь читают разные истории. Мне все больше рассказывали про отравленные иглы, подарки с двойным дном и сомнительные фрукты. Славно, что ваш слуга решил не приносить вам яблоко, иначе выло бы довольно комично. Правда не могу не отметить, что за такую короткую речь вы намекнули на мое сомнительное происхождение дважды. Безусловно все, что у меня болело– прекратило болеть уже давно, но, если мы предположим, что наши отношения могли бы быть чем-то большем чем череда поручений и придирок, я хотел бы попросить вас быть внимательнее. - рука заклинателя аккуратно, невесомо коснулась запястья собеседника, заботливо измеряя температуру тела - Становится холодно и я боюсь, что моя княжна простудится.
Начинающийся порыв ветра Яо принял на свою спину, распрямившись и став препятствием между непогодой и Не Хуйсаном. Лишь пара снежинок перемахнули через это хрупкую стену. Заклинатель лишь чуть повел плечами и жестом попросил передать ему флягу с вином.
Ревнуешь и это так мило, если бы я был на твоем месте, то просто не замечал себя. Ведь в войнах такого типа опасность становится реальностью только тогда, когда её признаешь. Все же от молодой госпожи, до молодой княжны не малый путь. Как честный человек, я попытаюсь помочь тебе его пройти.
- Впрочем, стоит, наверное, договорить здесь, пока нас никто не слышит – после глотка вина кровь пошла по венам быстрее – Мне нравится в тебе А-Сан то, что ты всегда начинаешь с козырей и совершенно уверен в том, что находится у тебя в рукаве. Однако мне кажется, что ты понимаешь меня не верно – Мэн Яо тонко улыбнулся – Конечно я как никто знаю, что кровь не водица и мечтаю стать братом человеку в золотых одеждах, а не в серых. Конечно – это ваша история с главой клана, он очень вас любит, невероятно любит ведь он ваш брат. Любить и защищать родного брата – это нормально, и я испытываю невероятную нежность к своим родичам по крови, хотя и не знаю их совсем. Поверьте, именно эту прекрасную историю разделять с главой ордена Не я не хочу.  Мне не нужно от вас обоих принятие моих прав и моего положения, ведь я жду этого от совсем других людей с другими именами. Мне бы хотелось дойти до той точки, где я смогу смотреть в глаза вашего брата стоя с ним в равных позициях и в одном социальном весе. И мне всегда казались наши конфликты с вами чем-то пустым и возникшим из неоткуда, ведь каждый из нас занимая разные места, не изменит своей роли. Вы всегда будете его единственным братом, он будет брать других помощников даже если я уйду. Во всем вы в своем праве, моя княжна и, если говорить об этом открыто не принято, а договорится мы не сможем, давайте и правда начнем снова игнорировать эту историю. Ведь в идее о том, что мне придется вас хоронить гораздо больше искренней печали, чем понимания того, что мне будет сложно.

+2

11

- Превзошел себя, как и всегда, - ответил Хуайсан. Они оба рассыпали вокруг немало бисера - в похвалах, в скрытых угрозах и не менее скрытых ответах на угрозы, в обещаниях, которым обоюдно не сбыться, и бусинок стало так много, что можно поскользнуться, упасть, рассадить лоб или свернуть шею. Чего только не случается с людьми, когда они неосторожно ступают на чужие мечты?

- Благодарю тебя за тонкую работу.

В глазах Мэн Яо, как в волчьей яме, свет оставался, наткнутый на невидимые колья, приобретал желтый, янтарный, медовый оттенок. Вот сейчас это было видно ясно - и сродство с отцом, и отцовская осторожная хитрость, и что-то еще, что-то, в самом деле, новое, неизведанное. Стена безразличия, о которую, как о сколотые резцы, остро запинался язык. Шевельнешь неосторожно, и полный рот крови.

Хуайсан еще раз провел по волосам ладонью, гребнем пальцев зацепил еще вчера свалявшийся в мочало конец хвоста. Как же отросли с момента, когда отсек их саблей брата, стоя под вишней? Как же все они, наверное, разом выросли, и брат (до бесконечных пределов, ограниченных только небосклоном - где-то там, далеко, даже запаха дома в воздухе не уловить, оставленный возлюбленный родственник всегда приобретает стать великана из сказок, в той же степени увеличиваясь, в которой растет тоска), и он, и эта вот молодая лиса, и вишня - цела ли она еще? Или осенние ветры поломали?

- Боюсь, без тебя мне совершенно не справиться. Были моменты, когда хотелось попросить Куайтуя взять нож и откромсать. Иные узлы проще разрубить, правда? Раз, и готово, и совсем не требует внимания. Но что прикажете делать с ними потом, с разрубленными?

Ветер завыл громче, а Мэн Яо заговорил, уже ни капли не таясь. Часть его слов, самые концы, крошечные интонации пропадали в начавшейся метели, но только так, как пропадает грудь юной девицы, прикрытая свободными одеждами - появляясь лишь очевиднее от сокрытия. Снежинки пролетали справа, слева от плеч Мэн Яо, чем не роскошный плащ из серебра, только не его это цвет, совсем не его.

- Благодарю тебя за столь откровенное заявление, Мэн-сюн. Что до рукавов, самое страшное, что можно там спрятать - это руки. Тут, думаю, мне стоит внимательно следить за твоими, я ведь уже не успеваю за скоростью, с которой ты расставляешь фишки. Позволь мне белые, ты ведь уступишь первый ход такому неумелому игроку? Я расскажу еще одну коротенькую сказку, Мэн-сюн, о том, как палочки вообразили себя солдатами, посеребрились, собрались на войну и утащили с собой миску, которую объявили женой. Да только на смотре новобранцев строгий командующий выбранил их и отчитал - палочкам и мискам место на кухне. Надеюсь, ты понимаешь, что смысл притчи далек от попыток тебя оскорбить. Я ведь согласен быть миской. Дело только в том, что кем бы мы себя не вообразили, пока Нечистая Юдоль крепко стоит на своем фундаменте, решать о роли, положении и возможности каждого будет наш командующий. Ты делаешь мне предложение, которого я пока совсем не могу понять, но если приму, каковы будут гарантии, что он их примет? Ты говоришь, что наши конфликты пусты, но как может быть иначе, если подушка его мала, и делить с ним ее может только один человек? Прости мне эту грубость, но вопрос достаточно прост и груб. Даже если ты готов ввести мудрейшую классификацию и разделить всех наложников известной нам персоны на состоящих с ним в родственных отношениях, равных, помогающих со счетами, случайных, нарисованных тончайшей кистью из шерсти верблюда и принадлежащих Императору, и даже если я соглашусь на одно положение и с радостью признаю всех других, подав тебе руку примирения, он, узнав об этом, в лучшем случае расхохочется и выставит кого-нибудь одного вон. А в худшем еще и с полным чувства пинком. Понимаешь ли ты мои опасения?

+1

12

Снег напоминает бисер, который кто-то рассыпает по всей поверхности земли насмехаясь над любыми играми, что пытаются смешать правду и лож. Если рассыпать жемчуг слов по полу, танцевать на этих бусинах будет также больно как бежать по битому стеклу.
Снова и снова, вглядываясь в лицо Не Хуайсана с горечью отмечает про себя Яо его привлекательность. Мягкость рук которой у него никогда не будет, обманчивая нежность взора и изумительно хрупкие ключицы. Словно их кто-то придумал и после нарисовал, назвав гравюру поэтически прозорливо «Монолог о ревности».
Мы никогда не поймём друг-друга. Ты готов быть миской и солдатом, а я только командующим. Ради этого я умру, но оставив все ступени позади распрямляюсь. Мне чуждо твоё желание быть нежным, младшим. Мне не известно как это быть за чьим-то плечом и стоять за чьей-то спиной.
- Начинают красные, впрочем все зависит от того, что за игру мы выберем. Да и не уже ли для тебя осталось незамеченным, молодой господин, что ты и хронологически ходишь первым и то, что я всегда уступаю тебе. Был ли хотя бы один момент когда я не вовремя зашёл? Или что-то сказал против тебя? Не уже ли тебя мало почтения, что я выражал к твоим значительным семейным тайнам? Впрочем есть вещи которые не стоят благодарности и эта одна из них. Ведь каждый из нас знает своё место и я своё осознаю очень хорошо.
Заклинатель проводит рукой по ставшими влажными волосами. Все говорит о том, что партия зашла в тупик, ведь победа на этой доске находиться так далеко.
Сколько времени двое могут обсуждать одного? Сколько времени можно делить одну подушку, один взгляд и одну судьбу?
Задумавшись Мэн Яо смотрит в сторону вспоминая безумно любимое лицо, как точку возврата в этом ледяном аду. Вот сильные руки оглаживают рукоять Бася и конечно дыхание замирает где-то в самой глубине легких. Хмурит брови и вот тут появляется уже ставшая заметной морщина. Устало щурит глаза глядя на стопку бумаг, эту усталость так легко прогонять легким касанием губ ко любу. У Мэн Яо не было сомнений в том, что Минцзуе скучает по брату и думает о том как он ежечасно. Правда у него были сомнения вспоминают ли о нем кроме тех моментов, когда не хватает ещё одной пары рук улаживающей любые вопросы.
- Конечно если уж решил рубить, так руби и иди дальше. Так в гробах мы оставляем наших родных, за спиной оставляем дом и учимся не оборачиваться на пламя за спиной. Не повезло нам сидеть здесь в ожидании новой войны, а она будет ведь господин наш не склонит голову, а их господин не остановиться. Значит мы должны быть готовы к тому, что скоро лезвие всеобщего горя и потерь отрежет лишние сущности и оставит нас наедине с собой.
Голова пуста от слов и вина. Горчит на губах, то что в какой-то другой истории Мэн Яо и Не Хуайсан могли бы быть друзьями, но лепестки рассыпанные яблоней так легко сдувает северный ветер и вся гордая крепость живет лишь в его ладонях.
- Большую часть историй в этом мире придумали мужчины, чтобы скрыть как женщины влияют на их жизнь. Моя княжна, давайте отбросим в строну сказки и вспомним, что можно покорить не одно царство и выиграть множество войн, но женская половина двора не менее могущественна чем 100 и 1 правило которое сильные мира сего заставляют нас выучить с детства. Так повелось, что о большей части вещей происходящих в доме его хозяин не знает, ведь как он узнает если ему о том не говорить. Вы можете быть миской, можете быть солдатом, но место на доске определяете только вы сами. Кровать главы ордена достаточно широка, чтобы вместить вас, меня, пару прекрасных дам и несколько весенних домов. Вопрос как вы к этому относитесь. Я все ещё хочу стать ему ровней, вы все ещё его младший брат. Наша договорённость не поможет победить или проиграть, ведь доска для партии в Го осталась за нашими спинами, также как и камни для игры. Здесь и сейчас у меня есть только фляга с кончающимся вином, последний мясной пирожок и сладкий рисовый шарик о котором я забыл вас оповестить.

Отредактировано Мэн Яо (2020-05-10 03:15:29)

+1

13

– Это так странно, Мэн-сюн, – Хуайсан наморщил лоб, не сводя глаз с собеседника, – Все, что ты говоришь, странно и непривычно, и так мыслить – опасная затея, ниспровергающая основы мироздания. Ведь сказано, что мужчина в доме подобен Императору в Поднебесной, а разве может быть какая-то власть над императором? И причем здесь женские покои? Мы оба мужчины. И скандальные особенности не делают ни тебя, ни меня нерпигодными для того, чтобы стать, скажем...

Он прищелкнул пальцами, подыскивая нужное.

– Отцами семейства? Ах, – тут он сморщился, как от горького плода, – Ну вот, в моем случае это даже уже верно. Если он захочет женить и тебя, а такое более чем возможно, не сдавайся слишком быстро. Ты вообще думал о том, чтобы зажить с женщиной, как это принято, Мэн-сюн? Ты ведь старше меня, положение твое в землях Не более чем завидное, знал бы ты, сколько девиц не отказались бы составить счастье Ан Тао – даже странно, что ни с одной он не сошелся, учитывая, что он был не то что мы с тобой.

Мы с тобой. Слова катаются засахаренным имбирем по языку: здесь сладко, здесь жгуче, пряное лакомство, после которого так хочется пить, но остановиться совершенно невозможно.

– Вот забава, мы с тобой, кажется, никогда не говорили ни о чем, кроме старшего брата. Будто бы и правда мы в какой-то клетке с прутьями в виде его рук. Хотя, конечно же, это не так, и чтобы доказать тебе, насколько это не так, я со всей благодарностью принимаю твое предложение. Если то, что ты предлагал мне, было дружбой, я охотно ее принимаю и дарую тебе свое расположение, только отнесись с пониманием к тому, что мы совсем по-разному видим магические свойства некоторой постели. Если ты легко видишь там несколько человек, я ее лучше сожгу, чем почувствую чужой запах. Во всем же остальном... Раздели, пожалуйста, рисовый шарик пополам, если тебе не трудно, Мэн-сюн. И половина будет твоя. Мне приятно ее разделить.

+1

14

- О, женские покои здесь только лишь один из примеров, он о том, что власть многоликая, а иерархия не всегда такова какой кажется. И не думаю, что это меняет основу мироздания, просто к известным и писанным правилам добавляет маленькую перчинку устного права. Ведь все эти хитросплетения это некая история про зеркальный лабиринт и никак иначе.
На самом деле Яо родился в стране где все были чуть не в своём уме, во круг него было полно кривых шарад и странных уравнений. Вязкий запах безумия и обмана наполнял комнаты этого золотого лабиринта. Поэтому зачастую окружающие люди поражали его своей непонятной невинностью.
Заклинатель провёл пальцем по лбу Не Хуайсана, повторяя мамину фразу:
- Не надо морщиться лоб, быстро состаришься - и улыбнулся продолжая слушать речь молодого господина.
- Ну, драгоценный молодой господин, я не Ан Тао и моя история другая. Конечно я хочу жениться, но не как помощник Минзцуе, а как признанный сын своего отца и брать девушку не из тех семей, что предназначены помощникам, а из тех, что предназначены сыновьям глав кланов. Видишь ли, пусть мне и дорога моя жизнь в Цинхе Не, но и от крови своей я отрекаться не стану. Именно об этом я напомню моему покровителю, если он решит меня женить. Возможно после мне прийдется уйти, но врать я не буду, да и так он все знает.
Аккуратно и бережно Яо отломил кусочек рисового угощения и быстро положил его в рот, как-то очень по настоящему облизав пальцы. На его губах появилась озорная улыбка, говорящая о том, что внутри себя заклинатель сменил правила игры.
- Откусывая от этого угощения я открываю нашу стальную клетку. А-Сан, ведь я могу называть тебя так как старший друг? Мы оба неистово ревнивы и оба не отступимся, ну и поругаемся не раз, пусть это не мешает нашей дружбе и честность которая лежит в её основе будет не плохой порукой.
Я и ты, словно молодое вино, что толкает всех окружающих на глупости. Сидишь и кажешься себе трезвым, а встать не можешь.
- Расскажи мне, что это за Ан-Тао про которого вы вспоминаете?

+1

15

– Он был хороший человек, – сказал Хуайсан со вздохом, – но постоянно лез не в свое дело. Вернее как. У него не было своих дел, у него были дела старшего брата. Он выследил, выслушал то, что совсем не нужно было слушать, и настоял на том, чтобы меня отправили в Облачные глубины. Впрочем... Не думаю, что настоял, правда ведь это невозможно? Однако подал эту мысль так, что брат к ней склонился. Он в самом деле соблюдал его интересы как свои собственные, и был готов подвергнуться риску гнева, наказания или опалы, когда важно было сделать известными некие вещи, которые старший брат решил хранить в тайне. Он спас дагэ жизнь. А потом умер сам, на Ночной охоте. И знаешь что, Яо-сюн... Я не знаю, почему он умер. Знал он очень много, слишком много. Боги забрали, наверное.

Рисовое пирожное постепенно исчезало из памяти, так и все хорошее исчезает: вкус капля за каплей, запах волна за волной, и вот уже только какое-то остаточное тепло намекает, что недавно тебе было хорошо и сладко.

– Ты сейчас стал другой. Не такой, как в Юдоли, не такой, как в Гусу. Выглядит так, как будто у тебя появилась новая цель. Расскажи мне, Яо-сюн, раз уж мы в одной клетке и дружелюбные тигры, расскажи, что ты хочешь делать дальше? Как ты хочешь войти в семью? Ты общался с Цзинь Цзысюанем? Как он относится к тебе? А твой отец, что он о тебе знает сейчас?

+1

16

- О, какая печальная история, я видел, что Глава Ордена скорбит, но с ним всегда не ясно на сколько сильно, ведь он редко плачет и быстро находит утешение - притворно вздохнул Яо, жалости в этом вздохе не было и грамма. - Как ты думаешь, А-Сан, а на сколько я много знаю?
Так вот почему мое появление ряжом с Минцзуе вызвало такую тревогу, о не бойся, таких как ты, мой сладкий, нужно держать при себе.
Снег начал сходить на нет, и переменчивая октябрьская погода начала сбрасывать тучи с небес, было серо и студено. Заклинатель присел рядом со своим наперсником и спрятал руки в рукавах. Хотелось выпить ещё вина, но вина было выпито уже не так уж мало. Сегодня они были расточительны.
- Эта цель у меня была всегда, просто в Гу Су я был слишком наивен, а в Юдоли надолго потерялся среди вод и песков необъятного Желтого Моря - Яо дернул краешком губ, не заметив, как появилась горькая складка у рта. - Перед отъездом, когда я прогуливался по коридору мне стало ясно, что мороки морские такие же жаркие как мороки в пустынные, но все равно не являются правдой. И все не было времени все это осмыслить, беды сыпались на нас как из рога изобилия, а я не смотрел дальше той задачи, которую пообещал исполнить и вот оказавшись на коленях в Огненном Дворце я подумал, что очень устал всегда занимать позицию второй сяо в любой партии. Даже на аудиенции у Вень Жоханя на меня обратили внимание вторым. Тут я и подумал, что вторым делаю себя только я сам и мне принимать решение на каком месте я нахожусь, понимаешь? Это не цель, это установка. Как дополнительная кость в хребте.
Яо смешливо покачал головой и все-таки вытащит свою бездонную флягу с вином и сделал не большой глоток, чтобы подсластить горечь на губах. Фляга так и осталась у него в руках, когда он продолжил.
- Мой отец знает, что я есть, но предпочитает это игнорировать. Мой брат смотрит на меня свысока и возможно я смогу подружиться с этим рыцарем если история о ступенях будет забыта. Они только упускают, что уже сейчас я доился упорным трудом много больше чем большинство подобных мне детей в Поднебесной. Так что думаю я отдам долг вашей семье и как бы в этой службе не было много любви, попрошу у твоего брата рекомендацию и с ней пойду в Ланлинь, выслуживать то, что я считаю своим, стремиться к тому, чтобы быть на равных. Нуууу, а может совершу подвиг и тогда у отца не будет выбора, но это мало вероятно конечно.
В просвете туч появился намек на солнце и Яо поднял свои желтые глаза на небо, словно призывая тепло всей своей южной душой, после меленно перевел взгляд на Не Хуайсана.
- А чем ты собираешься заняться все ещё наследник Цинхе Не? Есть ли у тебя какие-то стремления кроме тех, что ты так легко демонстрируешь?

Отредактировано Мэн Яо (2020-05-20 21:52:19)

+1

17

Хуайсан заслушался, чуть было рот не открыв. То, что говорил Яо, было невообразимо. Так могли говорить, возможно, герои сказаний, разве что Лю Шестой, прозванный удачливым, родившийся в канаве и ставший на закате жизни правой рукой императора Шуди, но простые люди, подчинявшиеся законам Поднебесной, так не могли мыслить. Всякой вещи дано свое место от рождения, так крестьянин не становится заклинателем, женщина - мужчиной, мертвое - живым. Нарушающий порядок вещей и чинов так своевольно был либо великим героем, либо отъявленным злодеем, но, в любом случае, человеком, никак не вписывающимся в законы. Даже представить странно, что Мэн Яо, с которым они так сладострастно грызли друг другу шеи долгие месяцы дома, Мэн Яо, которого, казалось, более чем удовлетворял потолок, положенный его рождению и положению в обществе, носил в себе такие мысли и мог ими так запросто поделиться.

– То, что ты говоришь, – сказал Хуайсан осторожно, и сглотнул последнюю остаточную сладость вина, – было бы невыполнимо для большинства людей. Я бы не дерзал изменить свою судьбу, Яо-сюн. Да и кто дерзнет? Но ты звучишь так, будто у тебя может получиться. И подвиг тоже, кто знает... Каким может быть этот подвиг? Хотя знаю, сейчас ведь начнется, – слово "война" он проглотил, хотя оно горчило, – и будет важна доблесть и смелость, на какое-то время важнее происхождения, важнее положения. Думаю, ты поднимешься выше, чем все мы могли бы ожидать. Что до меня...

Если и были надежды на потепление перед зимой, теперь они испарились. Свет лизнул землю там, где стоял Яо, и солнце снова спряталось, а тучи были свинцово-серыми, тяжелыми, несли в себе охапки снега.

– Я хочу вернуться домой, к дагэ. И хочу перестать быть наследником – может быть, еще существует такая возможность. Хотя нет... Это бы означало жену. Нет. Тогда я хочу быть наследником вечно, и чтобы брат вечно управлял Орденом так, как ему заблагорассудится, а мне просто дали тихо жить так, как я хочу, рядом с ним, иногда веселиться, иногда ездить по городам и наблюдать прекрасные виды, иногда встречаться с друзьями и напиваться до головокружения, а потом с рассветом выходить гулять и петь песни самыми ужасными голосами. Помириться со всеми и ни с кем больше не ссориться. Рисовать, сколько хочу, музицировать, писать стихи, расписывать веера и ширмы, смотреть, как растут цветы в матушкином саду, ловить и выращивать новых птиц. И чтобы от меня отстали. Чтобы ничего не ждали, не просили, не требовали. Ни детей, ни новых союзов, ни политики - ну куда я к такому годен? Чтобы жизнь больше не требовала от меня никаких решений, я ведь правда не знаю, как нужно. Это, может быть, и не почетно. Но родители дают имена, подразумевая будущую жизнь, правда? Подразумевая ту судьбу, которую хотят для детей. Минцзюэ-гэ всегда был наследником, он законный сын, он надежда ордена, для него отец и выбрал имя соответствующее: решительный и твердый, твердый, как драгоценный камень. А меня так и назвали - шелковицу ведь выращивают ради шелка, это знак богатства, жизни красивой и спокойной. Да и разве разумно ожидать от сына наложницы управления орденом? Мне все нравится и так.

+1

18

То, о чем говорил Не Хуайсан было не вообразимо. Словно путешествие в мир где нас нет, во сне ты можешь представить реки и моря от неба до неба на сколько хватает глаз. Мягкая, зеленая трава под босыми ногами и смешливые пьянки с друзьями, красивые иероглифы на веере, тягучие гравюры на тонкой рисовой бумаге. Какая сладость стоять за чужим плечом, значит, что ты спасен и защищен. Прикрыв глаза смотреть на различные чудесные места, писать путевые заметки. Ссоры, примирения и приглушенный смех. Юность, рука в руке и ощущение не чуждости в компании смешных ровесников. Знать, что где-то всегда есть человек для которого ты самое сокровенное сокровище и он жив, и его не надо тащить на себе и защищать. И он не умер от того, что ты не справился.
На маковых полях дурман и благодать....
Только для того, чтобы рисовать и писать нужно время, которое не занято попыткой выжить. Для того, чтобы путешествовать нужно иметь дом куда можешь вернуться.
Я никогда не пойму тебя в твоем желании отказаться от власти, ведь она и есть то, единственное неизменное признание. Только власть дает безопасность и возможно некоторую надежду на...
- Знаешь, когда ты говоришь о том, чтобы "не противиться судьбе" внутри меня все трепещет. Как славно и сладко это звучит, сразу хочется носом зарыться в ту самую подушку, которую мы с тобой делим. Однако, видишь ли какая меж нами разница если бы я следовал своей судьбе, то мы с тобой бы встретились чудом, в борделе где я бы одевал тебя в Малиновку. А я каждый день задаю себе вопрос кто я, чего хочу? Ты может и прав, а я оборотень, ведь и подушка на самом деле не моя.... Ты хочешь отказаться от места наследника? Мне не признанному и не желанному сыну - этого не понять. Не понять почему ты в себе не видишь ту силу, которую вижу я, не понимаю почему ты преуменьшаешь себя, но, впрочем, может тебе так удобнее. Кто я таков, чтобы тебя судить?

+1

19

– А кто ты, и в самом деле? – спросил Хуайсан без всякого двойного дна. – Я не понимаю тебя, Яо-сюн. Ты говоришь об ужасной участи, как бы могло такое случиться с юношей твоих талантов? разве можно было бы представить, что ты остался бы работать в подобном заведении, торгуя своим телом? Это ведь низшее из низших положение, для женщины еще какой-то шанс выбраться, стать наложницей, потом и законной женой со всеми правами честной женщины, а для мужчины что? Медленное увядание, потом нищета? Я не верю, что ты был бы таков. Да ты и не стал, судьба не в этом. Судьба в следовании путем добродетели, хотя, ха, не мне такое говорить, с желанием ничего не делать. Но ты смотришь на меня и видишь себя, Яо-сюн. Ты старше меня, ты сильнее меня, ты старателен, ты умен, ты из тех акробатов, что пройдут до конца лески, не пошатнувшись, ты владеешь всем собой как лиса владеет каждым из девяти хвостов. Вот отсюда и сила.

Он вздохнул и потянулся, разводя руки в стороны. Снег все же прекратился, и на небе наметилось что-то, похожее на ясность – вернее, облака с одного из краев неба над землями Цишань Вэнь выродились в серую дымку.

– Когда у тебя будет только твоя подушка, чего ты от нее захочешь, интересно мне. Кто будет на ней лежать, кто-то только твой; каким человеком будет этот незнакомец? Что тебе нужно для того, чтобы остановиться и вздохнуть удовлетворенно – итак, наконец, я сыт?

+1

20

- Каждый из нас наследует, что-то свое. Моя мать работала в весеннем доме, она была очень талантлива и умна, но так и не стала наложницей или женой, хотя слава о ней в свое время гремела по всей Поднебесной.
Яо замолкает, словно начал говорить о чем-то сложном и смотрит куда-то перед собой. Воскрешая в памяти лицо, которое он очень боится забыть.
- Кто я? В первую очередь я её сын, потому что все мы дети тех, кто нас вырастил. Моя мать умерла у меня на руках, потому что я не нашел нужного количества денег, чтобы вылечить её. До сих пор не знаю верно ли я поступил, может если бы я присоединился к нашей семейной профессии мне бы платили больше, и она была бы жива.
Горько срывается голос и становиться ясно, что эта скорбь не оставила молодого заклинателя.
- Если бы она была жива! Тогда я все так же жил бы в озерном краю. Может быть в все том же борделе, а может быть выкупил бы её, и мы жили бы в нашем доме, о котором так мечтали. В основном о том, что дом подарит отец. Если бы я знал, что она сгорит так быстро мне не было бы жаль выставить свое тело на продажу.
Сколько ещё лет я буду себя винить, мам? Даже с учетом того, что я рад, что ты меня отпустила.
- Жизнь черни отличается от вашей, она короче, быстрее и в ней все может пойти не так как ты хочешь. Живу ли я сейчас свою жизнь? Стоит ли она того, что я оставил позади? Хоть я и старше тебя, но я не знаю. Знаю только, что точно дойду до конца лески.
С усилием возвращается назад полуулыбка золотой маски.
- Я буду сыт, когда меня будут звать Цзинь Яо и одежды сменю на золотой, в остальном я уже все нашел. И подушку, и человека, и ты прекрасно знаешь почему никто из нас не вздохнет и не скажет «я сыт». Насытиться невозможно.

Отредактировано Мэн Яо (2020-09-09 16:42:23)

0


Вы здесь » Проклятие Всех Путей » Воспитательный лагерь » Желтый лист осенний на земле лежит


Создать форум © iboard.ws Видеочат